Министр сельского хозяйства области А.В. Игонькин поделился своим видением развития аграрного сектора региона с корреспондентом «Газеты недели в Саратове».
- Александр Викторович, как вы оцениваете итоги прошедшей посевной кампании?
- Несмотря на то, что весна в этом году была затяжной и все работы пришлись на май, считаю, что сев мы провели в целом благополучно. И хотя этот май был очень напряжённым, мы смогли уложиться в сроки. Но проблем тоже хватило. Вы знаете, что в прошлом году была засуха жесточайшая, учёные говорят, что такой не было последние сто лет. Так вот, в связи с тем, что и сентябрь был сухой (осадки выпали только в октябре), мы посеяли всего лишь 675 тысяч гектаров озимых. Тогда как обычно сеем 1,2-1,4 миллиона гектаров. Надо прямо сказать, что наши сельхозтоваропроизводители серьёзно рисковали. Но с другой стороны, благодаря тому, что ноябрь тоже был тёплый, мы получили всходы. Правда, озимые так и не смогли распуститься и сформировать хорошую полноценную корневую систему.
На развитии озимых сказалась и нынешняя весна. Влаги всё-таки было недостаточно. Зимой и весной произошла гибель озимых на площади 163 тыс.га. Пришлось пересевать 80 тыс.га. А это дополнительная нагрузка на хозяйства в период весенне-полевых работ. То есть посевных площадей с учётом пересева и досева стало значительно больше. Мы посеяли 2,8 млн га яровых, и общая посевная площадь сохранилась на уровне прошлого года - 3,6 млн га.
- Все знают, что в период весенне-полевых работ сельское хозяйство области оказалось в центре топливного скандала. Сказался ли он на ходе посевной? Всё ли сегодня понятно людям в вопросе о льготном дизельном топливе?
- Никаких проблем со льготным дизельным топливом, как и с коммерческим, в нашем регионе нет и не было. Мы по схеме предоставления льготной солярки хозяйствам работаем уже восемь лет. И вся Россия по большому счёту этот опыт перенимала у нас, у Саратовской области. Сам скандал - одно сплошное недоразумение. Это быстро выяснилось.
Конечно, в этом году разница в ценах на коммерческое и льготное топливо существенная: льготная солярка отпускалась по цене 16 тысяч рублей за тонну, а коммерческая - на семь тысяч дороже. Поэтому многие фермеры захотели получить скидку, даже те, которые заявок на льготное дизтопливо не подавали. А были и такие, которые хотели, чтобы льготным топливом их обеспечили на все сто процентов от потребности. Но так ведь не получается. Мы и так в регионе сумели добиться того, что по рыночным ценам наши хозяйства покупали всего лишь 30 процентов от необходимого им объёма. А в целом по России потребности сельхозтоваропроизводителей льготной соляркой закрывались на 50 процентов.
Я понимаю, конечно, в чём истинные причины недовольства фермеров. Посевная площадь в эту весну увеличилась, и потребность в дизтопливе возросла, хотя изначально, когда заявки только формировались, никто не предполагал, что события будут разворачиваться таким образом. Тем не менее, решать проблему нехватки топлива нам удавалась в рабочем порядке. Мы выезжали к каждому недовольному, разбирались, в чём проблема. Была возможность передвинуть распределённые по месяцам объёмы льготного топлива с последующих, например, месяцев. Так мы сделали по июню: две тысячи тонн передвинули на май, и кому нужно было дополнительное топливо, выдавали. И будем дальше это практиковать в случае необходимости. Потому что у нас график составлен по октябрь включительно, и ТНК-ВР всегда навстречу идут.
- Какие ещё проблемы волновали селян? Какие вопросы они пытались решить с помощью министерства?
- Куда более серьёзная проблема — дефицит семян. Под яровой сев пришлось покупать больше 100 тысяч тонн семян. У нас было всего 38 процентов от потребности. Здесь выручили деньги, которые были переданы из федерального центра в качестве компенсации убытков от засухи.
Деньги пришли в конце декабря прошлого года, где-то 23-24 числа. Часть из них - 500 млн рублей - предназначалась хозяйствам, занимающимся молочным и мясным животноводством, и мы их успели передать получателям до конца года. Вторая часть - ещё 504 млн, которые компенсировали убытки растениеводов, - перешла на 2011 год. Эти деньги в феврале дошли до своих адресатов. Но, конечно, из-за того что деньги долго шли, сельхозтоваропроизводителям, наверное, было сложно планировать свою работу.
- Получается, что животноводы имеют приоритетное право на поддержку?
- Животноводство для Саратовской области в целом является приоритетным направлением развития сельского хозяйства. Мы уже третий или четвёртый год оказываем значительную помощь производителям молока. Пришедшие в конце прошлого года субсидии позволили хозяйствам сделать трёхмесячный запас по кормам. Это обеспечило благополучную зимовку скота. У нас ведь потерь в животноводстве за зиму не было. И по птицефабрикам не было.
Я объясню, почему это так важно для нас. На федеральном уровне ещё год назад было объявлено, что те регионы, которые сохранят поголовье скота, получат в 2011 году своего рода премию - дополнительные субсидии. Саратовская область в число таких регионов попала. И уже в начале июля в регион должны прийти 319 млн рублей, на которые наши животноводческие хозяйства смогут приобрести любые нужные им корма.
- В конце прошлого года очень много говорили об изменении структуры посевов с учётом климатических особенностей региона. Каким культурам отдано предпочтение в этом году?
- Немного не так. Мы пересмотрели структуру не столько культур, сколько посевных площадей. Работа велась совместно с нашей аграрной наукой. Все рекомендации учёных НИИ «Юго-Восток» учли и, прежде всего, значительно увеличили площади под зернобобовыми (горох, нут, горчица, соя) - довели их почти до 9 тысяч га. Значительно увеличили посевы сахарной свёклы в тех районах, которые ею занимаются. Ну и посевы кормовых увеличили. Кроме того, под просо в 2011 году отведено 285 тыс.га, на 51 процент больше, чем в прошлом году. Площадь посева горчицы сегодня составляет 24 тыс.га (больше на 70 процентов).
При пересмотре структуры посевных площадей, конечно, учитывалась, прежде всего, востребованность этих культур на рынке. Зернобобовые и крупяные культуры в последнее время в очень хорошей цене. Просо, например, сейчас стоит 14-15 тысяч рублей за тонну. А пару лет назад цена держалась на уровне 5-7 тысяч.
Климатические особенности региона учитывались при выборе сортов. Мы в этом году сориентировались на засухоустойчивые сорта, выведенные местными селекторами. По яровой пшенице, просу и подсолнечнику нам помогал НИИ «Юго-Восток». Кукурузу и горчицу покупали в других регионах.
- Каковы прогнозы министерства на будущий урожай?
- Пока прогнозируем сбор зерна в объёме около трёх миллионов тонн. Но это приблизительная цифра. Подсолнечника рассчитываем собрать порядка 945 тысяч тонн, овощей - 390 тысяч тонн, причём здесь основной вес придётся на капусту и лук. Картофеля планируем собрать свыше 400 тысяч тонн.
- В прошлом году выполнению плана помешала засуха, в этом году лето оказывается довольно мокрым. Уверены, что в этот раз посевы не сгниют?
- Это вряд ли. На самом деле погода нас особо осадками-то и не баловала весной. Дожди в полях были только в первой декаде мая. Как ни странно, даже правый берег получил минимум осадков. А недостаток влаги в первую очередь сказывается на озимых. Вот в июне да, дожди идут по всей области. Но и тут, по данным специалистов, у нас в среднем 80 процентов от климатической нормы. И по июлю Гидрометеоцентр даёт такой же прогноз. Так что лето не такое уж и мокрое. Радует только то, что по температурному режиму в этом году у нас нет никаких аномалий. Такая погода, как сейчас стоит, благоприятна и для роста трав. У хозяйств хорошая перспектива запастись сеном.
- Допустим, что план по урожаю будет выполнен. Что делать с зерном? По опыту общения с сельхозтоваропроизводителями знаю, что этот вопрос их очень заботит: то некому продать урожай, то незачем, потому как цены уж слишком низкие.
- Прежде чем думать, куда девать урожай, неплохо было бы его сначала вырастить и собрать. А со сбытом в этом году, я думаю, особых проблем не будет. Необходимо обеспечить потребности областного животноводства фуражом, засыпать собственные семена на сев озимых и яровых под урожай 2012 года. У нас в области утверждена программа перерабатывающей промышленности, в рамках которой будет проведена модернизация наших предприятий. То есть мы нацелены на то, чтобы перерабатывать наш урожай на территории региона, увеличить объёмы закупок местными перерабатывающими предприятиями. Например, в этом году намечается пуск макаронной фабрики. Она оттянет часть зерна на себя.
Кроме того, с 1 июля текущего года открывается экспорт зерна. А раз будет экспорт, то и сбыт пойдёт. И последнее. Федеральный минсельхоз уже объявил, что и в этом году государство продолжит покупать у российских фермеров зерно в интервенционный фонд. Уже даже цены объявлены. Правда, пока на уровне пяти тысяч рублей за тонну пшеницы третьего класса. Но если такие цены сохранятся, то и это будет неплохо.
- Сколько у нас успешных крупных сельхозпредприятий, которые не испытывают серьёзных проблем, и сколько тех, которые на самом деле едва сводят концы с концами, тонут в кредитах и других долгах?
- Успешных развивающихся хозяйств порядка 40 процентов, столько же средних предприятий, которые развиваются менее интенсивно, но всё же развиваются. Но и для 20 процентов, то есть тех, кто едва сводит концы с концами, не всё потеряно. Шанс на успех есть у каждого. Сейчас наметилась тенденция к укрупнению хозяйств. Более крупные и успешные поглощают более мелких. Скупают земли. Расширяют своё производство. Это обычное рыночное явление. Если в 90-х, когда сельское хозяйство вместе со всей страной вставало на рыночные рельсы, крупные колхозы разваливались на маленькие фермерские хозяйства, то сейчас начался обратный процесс.
- А случаи банкротства хозяйств за последние засушливые годы были?
- К сожалению, сейчас в процедуре банкротства находится шесть предприятий и ещё 25 - под наблюдением нашей комиссии по финансовому оздоровлению. Мы их консультируем, ищем возможность пролонгировать кредиты и выбить отсрочку по лизинговым платежам. Компенсации по засухе им рассчитывались по более высокой ставке. Используем самые разные подходы, чтобы выправить положение этих предприятий и сохранить хозяйства.
- Помогает?
- Конечно! Как видите, только шесть предприятий угодили в процедуру банкротства. Теоретически эта процедура также предназначена для того, чтобы провести финансовое оздоровление и поставить хозяйство на ноги. Но, как показывает практика, удаётся это крайне редко. Однако пока у нас ликвидировавшихся предприятий нет. И работа с этими шестью хозяйствами ещё ведётся.
- Удалось министерству убедить сельхозтовапроизводителей в необходимости страхования урожая?
- В Саратовской области застраховано на сегодняшний день порядка 24-26 процентов всех площадей. По озимым - 34 процента. Это, конечно, мало, но есть регионы, в которых уровень ещё меньше. Конечно, хотелось бы, чтобы все наши хозяйства были застрахованы от риска потерять свой урожай, мы всё-таки находимся в зоне рискованного земледелия. Но сегодня это добровольное дело каждого руководителя. Законопроект об обязательном страховании урожая принят Госдумой только в первом чтении.
- Что мешает сельхозтоваропроизводителям страховаться?
- Думаю, прежде всего, несовершенство действующей в России системы страхования.
В прошлом году хозяйства не могли доказать страховым компаниям, что у них наступил страховой случай. Соответственно, были трудности с получением выплат. Министерство тогда к решению этих проблем подключилось, и деньги были выплачены. Совместно с депутатами Саратовской областной думы министерство выработало ряд предложений в законопроект о страховании урожая. В частности, предложили включить в перечень страховых случаев такое явление, как суховей. Знаю, что на сегодняшнем этапе обсуждения законопроекта в Госдуме наша просьба учтена.
«Газета Недели в Саратове», 28 июня 2011 года